С Сашей Королевым, 13-летним мальчиком с нашего двора я бы знаком около года. Он был младше меня на 3 года. А поскольку у нас во дворе сложилась такая демографическая ситуация, что основную массу ребят составляли парни значительно старше меня или такие как Саша, то я вынужденно прибился к компании так называемых малолеток (хотя по большому счету - и сам недалеко от них ушел). Как-то во дворе случился конфликт между Сашей и его одногодками, и я вступился за него. После чего у нас возникли хорошие дружеские отношения. Я знал, что Саша растет без отца. Его отец работал, по-моему, администратором драматического театра, с ними не жил уже 2 года, имел другую семью. Особо не вдававшись в детали разлада в их семье, я просто жалел этого немного неуклюжего, полного мальчишку, который зачастую был предоставлен сам себе. Я нередко приглашал Сашу к себе домой, чтобы вместе пообедать. Мать Сашки - молодая красивая элегантная женщина, всегда вызывала во мне жгучий интерес. Она часто задерживалась на работе и возвращалась домой довольно поздно. Нередко ее провожали домой мужчины, которые выказывали ей знаки внимания, однако дальше подъезда, как правило, никто из них не попадал. Работала она, насколько мне помнится, в каком-то издательстве редактором. Я завидовал Сашке, что у него такая красивая мать. Елена Петровна, а звали ее именно так, в свои 35 лет выглядела очень эффектно. Невысокого роста, стройная, изящная, с огромными карими глазами и четко очерченными, всегда подкрашенными ярко красной помадой пухленькими губами. Темно каштановые волосы она стригла коротко, и ей удивительно шла короткая стрижка. Внешне она удивительно напоминала артистку Фатееву. Но самым примечательным в ее облике были, конечно, ноги: стройные, удивительно пропорциональные, с изящными красивыми ступнями. Когда она шла, как девочка в мини-юбке (до середины бедра), грациозно покачивая бедрами, все ребята постарше, ну и, естественно, взрослые мужчины всегда обращали не нее внимание. Поскольку в 16 лет во мне полным ходом шло половое созревание, я тоже заглядывался на Елену Петровну, и был просто влюблен в нее. Особенно мне нравилось наблюдать за ней, когда она поднималась по лестнице к своей квартире, а мы с Сашкой шли чуть сзади. Я имел возможность прекрасно разглядеть ее прекрасные изящные щиколотки, полненькие в меру икры, обтянутые, как правило, прозрачными тончайшими капроновыми чулками телесного или черного цвета со швом. В то время женские колготки только входили в моду и не были столь широко распространены, и женщины носили исключительно чулки. Носили капроновые чулки и девочки в нашем классе, но их не сформировавшиеся юношески угловатые ножки не шли не какое сравнение с ножками Елены Петровны. Еще одно причиной, привлекающей меня к семье Сашки, была их огромная библиотека художественной и научной литературы. Читал я в то время запоем: Дюма, Жюль Верн, Майн Рид:. Все, о чем только можно было тогда мечтать - было у них в библиотеке. Елена Петровна очень хорошо ко мне относилась. Она знала, что я опекаю ее сына, и всегда выказывала радость при встрече со мной, иногда, обдавая сладким запахом духов, ласково приобнимала меня, приглашая за очередной порцией книжек. После таких встреч у меня всегда необычайно приподнималось настроение. Дома Елена Петровна обычно надевала длинный атласный халат без пуговиц, расшитый драконами, полы которого в движении непрестанно распахивались, обнажая почти полностью то одно, то другое бедро, что вызывало во мне легкую дрожь. Чулки Елена Петровна не снимала и дома, и когда она садилась на диван, то иногда мне удавалось разглядеть кромки чулков или клипсы пояса, на котором держались чулки. Порою мне казалось, что Елена Петровна специально демонстрирует передо мной свои прекрасные ноги, втайне наслаждаясь тем неподдельным интересом и одновременно стеснением, излучаемым моими глазами и всем внешним видом. Был у Елены Петровны и махровый мини-халатик, который она надевала редко, в основном, после приема ванны. К сожалению, я видел ее после этой процедуры лишь дважды и был очень взволнован увиденным. Халатик подчеркивал красоту ее ног и больше обнажал, чем скрывал ее прелести. Во всяком случае, когда она как-то села в этом халатике на диван, я обратил внимание, что под халатом на ней надеты прозрачные нейлоновые трусики с кружевами сиреневого цвета. Даже домашние туфли из бархата на невысоком каблучке без задников, отороченные мехом вызывали у меня восхищение. Особенно, когда она сидела на диване, закинув ногу за ногу, и покачивала задумчиво ступней ноги, демонстрируя свою изящную щиколотку, обтянутую еле видимым капроном телесного цвета. Пальцы ног у Елены Петровны были ухожены и всегда отблескивали розоватым или сиреневатым педикюром. В общем, я был влюблен в нее по уши. Иногда, когда я ложился вечером в постель, меня окутывало приятное волнение, потому что разного рода фантазии просто одолевали мою юную неискушенную душу. Я представлял Елену Петровну целующей меня или гладящей меня по голове, при этом, прижимаясь к ней, я невольно касался рукой ее обтянутого тонким нежным капроном бедра, и она абсолютно этому не препятствовала. Порою, она даже снилась мне, и бывало так, что я просыпался от содрогавшей мое тело поллюции, и вся постель наполнялась запахом белой густой жидкости, обильно смачивавшей мои трусы. Не понимая толком, что происходит, я стеснялся этого явления, но мне было очень приятно вновь и вновь переживать это.
Произошло это в одну из суббот, которые Саша, как правило, по договоренности между родителями, проводил с отцом. Я захватил пару взятых накануне томов Жюля Верна и побежал на квартиру Сашки. Елена Петровна была дома. Она очень ласково улыбнулась мне, когда я переступил порог их квартиры. Видимо, недавно возвратившись с работы, Елена Петровна еще не переоделась в домашнюю одежду и выглядела довольно официально в строгом темно-синем костюме, состоящим из жакета и юбки чуть выше колена, открывающей ее округлые аппетитные колени. На ногах у нее были надеты почти незаметные для глаза тонкие капроновые чулки телесного цвета. Я подал ей книги со словами благодарности и попросил дать что-нибудь из библиотеки всемирной литературы. Она подвела меня к полке, где стояли все тома этого издания, а сама пошла в другую комнату, чтобы переодеться. Дверь в комнату она не закрыла, и я в зеркале, висящем в простенке между книжными полками, имел возможность наблюдать за процессом ее переодевания. Делая вид, что рассматриваю книги, я, не отрывая взгляда от зеркала, видел, как она сбросила с плеч жакет, затем сняла юбку и блузку и осталась в прозрачной нейлоновой комбинации черного цвета, под которой просматривался пояс для чулков. Больше она ничего снимать не стала, а накинула поверх комбинации тот самый махровый мини-халатик розового цвета и направилась к выходу из комнаты. В это время наши глаза в зеркале встретились, и она все поняла. Я вперил глаза в книгу и застыл, ожидая порицания за свой проступок. Однако неожиданно почувствовал, что Елена Петровна, подойдя ко мне сзади, нежно коснулась моих плеч обеими руками и тихо, почти шепотом спросила, - ну, как успехи, Юрочка?
Я слегка вздрогнул, стараясь быть спокойным, тоже тихо произнес, - да, вот смотрю пока. И то нравится, и это, не знаю на чем остановиться.
- Смотри, смотри. Я пока схожу в душ. Не стесняйся, можешь расположиться вон там, в кресле, - Елена Петровна указала на стоящее в углу огромное кожаное кресло, на котором запросто можно было бы устроиться двоим таким как я.
Я услышал, как заработал душ, и закрылась дверь в ванную комнату. Усевшись в кресло, я обложился книгами и увлекся рассматриванием иллюстраций. Неожиданно я почувствовал знакомый сладкий запах духов. Елена Петровна уже вышла из ванной комнаты и стояла передо мной, наблюдая за моими поисками.
- Хочешь чаю с печеньем? - спросила она, подав мне руку, чтобы помочь выбраться из кресла-монстра. Я, прикоснувшись к ее руке, даже забыл поблагодарить за приглашение, а только робко улыбнулся.
И мы пошли на кухню пить чай.
Во время чаепития Елена Петровна интересовалась моими делами в школе, чем я увлекаюсь еще, кроме чтения. Есть ли у меня братья, сестры. Потом она начала жаловаться на то, что не может уделять много внимания воспитанию Саши. Перед тем, как приступить к поглощению ароматного индийского чая, я, поддавшись уговорам Елены Петровны, выпил почти целый бокал вишневой наливки домашнего приготовления. Наливка была сладкая и тягучая, и у меня от нее раскраснелось лицо и зашумело в голове. Я уже не чувствовал себя так скованно и, разговорившись, откровенно рассказывал своей внимательной слушательнице новости из школьной жизни, о своих занятиях музыкой, спортом, бальными танцами. Елена Петровна с удовольствием слушала меня, не перебивая, иногда задавала наводящие вопросы. Ее, в частности, заинтересовало мое увлечение бальными танцами. Она попросила меня повлиять на Сашу, чтобы и он заинтересовался этим занятием, т.к. он внешне выглядит таким увальнем, что ему просто необходимо заняться чем-то подобным. Елена Петровна предложила еще выпить наливки, и я не отказался. После второй порции сладкого, но довольно хмельного напитка я окончательно раскрепостился и, выходя из-за стола, галантно, как нас учили на занятиях по искусству танца, подал руку Елене Петровне. Она ласково улыбнулась мне и, поднявшись из-за стола, слегка приобняла меня, и мы так и пошли в комнату. Предплечьем левой руки я ощущал приятную округлость и мягкость груди, которой Сашкина мать прижалась ко мне. Пока я собирался с мыслями, которые под воздействием спиртного слегка путались и почему-то крутились вокруг желания сделать что-нибудь приятное Елене Петровне. Она сама с улыбкой предложила мне,
- Юрочка, покажи, чему вас учат на танцах, расшевели старую любительницу танцплощадок.
Зазвучала приятная тихая музыка оркестра Поля Мориа, и я задвигался в ритме медленного фокстрота. От Елены Петровны приятно пахло духами, и она сразу пресекла мои попытки танцевать на дистанции. Ее руки мягко, но уверенно притянули меня к своему разгоряченному вином и чаем телу. И мы погрузились в мир танца. Но уже вскоре я почувствовал невероятное возбуждение, и мой поднявшийся член оттопырил брюки и просто мешал мне передвигаться. Мое лицо покрылось краской стыда, и я в замешательстве даже сбился с ритма. Однако Елена Петровна делала вид, что ничего не происходит, и сама вела в танце. При этом я отчетливо слышал шуршание ее ног, обтянутых тончайшими капроновыми чулками телесного цвета. Ее бедро периодически мягко задевала мой торчащий член, и от этого я возбуждался еще больше. Ее грудь касалась моей, и я даже чувствовал ее соски, которые не были скованы каким-либо лифом. Голова у меня кружилась, и я слегка прикрыл глаза, чтобы прийти в себя. Неожиданно я почувствовал, что Елена Петровна нежно коснулась мочки моего уха губами и прошептала,
- Ну, как я танцую? Тебе нравится?
- Да, - тоже почему-то прошептал я, - Очень.
- Юрочка, ты миленький мальчик, - вновь зашептала Елена Петровна, - мне очень хотелось бы отблагодарить тебя за опеку над Сашей.
Она при этом ласково прижала мою голову к своему плечу, и рукой начала гладить мои волосы. Напряжение во мне нарастало.
- Давай, присядем на диван, - предложила она. Мы сели на огромный мягкий диван. Елена Петровна одной рукой обняла меня за плечи, а вторая ее рука, как бы, невзначай, легла мне на ногу. Она поглаживала мне ногу, от чего у меня член встал еще больше, и я почувствовал, что краска заливает мое лицо.
- А я знаю, чего тебе хочется, - неожиданно прошептала мне на ухо Елена Петровна. И не дожидаясь моего ответа, она взяла мою руку и положила ее себе на обтянутое капроном бедро. Я почувствовал приятную нежную поверхность чулка и провел рукой по внутренней стороне бедра.
- Не стесняйся, смело ласкай меня, малыш, - одобрила мои действия Елена Петровна и, подвинув свою руку чуть выше, начала поглаживать мой вставший член через брюки. Затем она расстегнула брюки и попросила меня снять их. Я быстро выполнил ее просьбу. Действовал я как во сне, и меня даже слегка бил озноб от волнения. Я остался в трусах, которые Елена Петровна приспустила и нежно прикоснулась к пунцовому огромному от возбуждения члену.
- Какой он у тебя прекрасный, - прошептала она и, нежно обхватив головку члена начала ритмично подрачивать ее. Одновременно она, опрокинув меня на диван, впилась губами в мои губы. При этом моя правая рука, когда я опрокидывался на спину, невольно оказалась среди раскрывшихся пол халатика, и я ощутил пальцами нежный нейлон ее трусиков. Под трусиками я нащупал мягкий податливый бугорок, который инстинктивно стал поглаживать. Елена Петровна раздвинула свои ноги шире, и мои пальцы под мокрым нейлоном ощутили влажную горячую щель, которую я продолжил ласкать. Между тем ритмичные движения правой руки Елены Петровны, онанировавшей мой член, доводили меня до высшего состояния блаженства. Я чувствовал, как мой член увеличивается до невероятных размеров, и тут же меня пронзил импульс необычно острого наслаждения. Из члена, пульсируя, начала бурным потоком изливаться сперма, распространяя специфический запах. Елена Петровна впилась еще сильнее мне в губы. Это было нечто незабываемое. Я никогда не испытывал ничего подобного. Принеся из ванной комнаты полотенце, Елена Петровна заботливо вытерла мне живот и грудь, на которые попали брызги семени. Потом она нежно поцеловала меня в губы и прошептала на ухо, что ей было очень приятно встретиться со мной. Я лежал на диване и чувствовал себя на вершине блаженства. Между тем нежные пальчики Елены Петровны продолжали поглаживать мою грудь и спускались все ниже и ниже. Вот они уже поглаживали мой живот, а затем вновь коснулись моего напряженного члена.
- Какой ты шустрый, однако, - прошептала Елена Петровна, ощупывая мой член и яички, своими ласковыми пальчиками.
- А ты не хочешь доставить и мне такое же удовольствие? - спросила она.
Я горячо кивнул головой и поднялся с дивана. Елена Петровна легла на мое место и попросила сесть рядышком. Она спросила:
- Тебе нравятся мои ножки?
- О, да, - только и мог я сказать, задыхаясь от вновь нахлынувшего на меня желания.
- Поцелуй их, погладь. Сделай и мне приятно, - нежно проворковала она.
Я не верил своим чувствам. Я прикасался к божественно красивым ножкам своей любимой женщины, гладил приятную нежную поверхность ее бедер, обтянутых тончайшими капроновыми чулками. Потом я прикоснулся губами к ее коленям и стал покрывать поцелуями ее бедра, поднимаясь выше и выше. Елена Петровна тяжело дышала и слегка постанывала от удовольствия. Своей левой рукой она вновь нащупала мой член и стала поглаживать его, иногда слегка подрачивая. Правой рукой она раздвинула набухшие губы влагалища, и я увидел дырочку в обрамлении ярко красных губ.- Поцелуй меня там, - слегка прерывистым от возбуждения голосом сказала Елена Петровна.
Я приблизил лицо к ее влагалищу и начал целовать его.
- Полижи язычком, - попросила она.
Я стал старательно вылизывать языком ее губы и небольшой бугорок, который до этого ласкал рукой. Неожиданно Елена Петровна вся задрожала, и ее тело пронзила судорога удовольствия. Из влагалища выделилась жидкость, которую я непроизвольно проглотил. К моему удивлению, это абсолютно не вызвало у меня отвращения, а напротив я почувствовал, что мой член опять становится просто невероятных размеров.
- Иди ко мне, прошептала Елена Петровна и, широко раздвинув ноги, увлекла меня на себя.
Я не знал, что делать в этой ситуации, но она помогла мне. Ее ласковая ручка, которая до этого ласкала мой член, направила его во влагалище. Ощущение было очень приятным, горячие стенки влагалища обволакивали его со всех сторон, и вызывали у меня необычное наслаждение. Инстинктивно я стал двигать членом, повторяя ритмичные движения, которыми до этого ласкала меня моя любимая женщина. Слева и справа от моего туловища были видны широко раскинутые ноги Елены Петровны. Бедра, обтянутые блестящим тонким капроном, вызвали у меня приступ необычайного возбуждения. Потом она, видя, что я любуюсь ее ножками, немного приподняла зад и закинула ноги мне на плечи. И вновь я почувствовал приближение высшей точки наслаждения, и мое тело пронзил мощный импульс удовольствия, и я начал судорожно изливаться прямо в тело Елены Петровны. Она тоже издала крик наслаждения и крепко прижала меня к себе.
- Боже мой, как приятно, - шептала она и покрывала поцелуями мое вспотевшее лицо. Мои глаза были закрыты от удовольствия. Я лежал обессиленный на Елене Петровне, и мне было и приятно и немного стыдно. Стыдно оттого, что произошло ЭТО с мамой моего приятеля. Потом Елена Петровна помогла мне одеться и, вручив выбранные мной книги и поцеловав на прощание, предложила заходить, когда мне этого захочется. Всю неделю после этого события я ходил сам не свой от счастья, навалившегося на меня, после свидания с моей обожаемой Еленой Петровной.
Главная страница 
Раздача *ICQ* номерков 
Секс статьи
..::Гороскоп::.. 
Каталог статей 
>>>>> Форум <<<<< 
Фотоальбом 
Тесты 
Каталог файлов
Гостевая книга 
Обратная связь 
Каталог сайтов 
Информация о сайте 
Анекдот +100 флеш игр 
